K.I.S.S. K.I.S.S. LuckyNet


Вашему вниманию сегодня предлагается статья к.п.н. Александра Литвиненко, в которой понятие "информационных технологий" трактуется заметно шире, нежели только использование компьютеров, Интернет и даже различных СМИ. Сегодня доступна первая часть этого материала, вторая поступит по мере завершения. Отзывы и комментарии просим направлять по адресу редакции: автор непременно будет с ними ознакомлен, и, возможно, диалоги породят новые (не только его, но и ваши) статьи.

С уважением - И.Бохно.


K.I.S.S.

Версия для печати

Карнавал как специальная информационная операция

канд. полит. наук Александр Валериевич Литвиненко


Невзирая на пушки врагов,
Стреляющие разбитыми буквами,
Боевые слоны подсознания
Вылезают и топчутся,
Словно исполинские малютки
Н. Заболоцкий


На мягких волокнах мозга возводится
крепкий фундамент мощнейших империй
М. Серван


   Вместо предисловия.
   Материалы для статьи были подготовлены весьма давно, однако не предназначались для широкой публикации. Но последние события в нашей стране вынуждают изменить предварительные планы.
   Горько наблюдать, когда целая страна становится марионеткой в руках сторонних сил, далеких от каких-либо сантиментов по поводу судьбы миллионов. Ни в коей мере не претендуя на лавры Данко, автор не собирается освещать путь из той долины, в которой мы очутились, в том числе и по своей вине. Его задачей является попытка пояснить, как же, по каким правилам разыгрывался один из эпизодов нашей новейшей истории.
   Именно этим вызвано использование научного стиля и достаточно частое употербление специальной терминологии. Впрочем, автор надеется, что текст доступен для понимания и в его нынешнем состоянии.


   Одной из интереснейших тенденций конца XX ст., вне сомнения, можно считать существенные изменения, возможно, даже революцию в области деятельности спецслужб. Если еще в середине столетия размышления основателя ЦРУ А. Даллеса Даллес А. Искусство разведки. Серия 'Секретные миссии'. - М. : Междун. отн., 1992 об эффективности тайных подрывных операций многими рассматривались как самореклама, то в конце этого столетия сомнение в эффективности специальных операций можно высказывать лишь из сугубо идеологических соображений.


   Рассмотреть причины этого переворота в одной статье невозможно, посему нашей целью станет исследование только одного аспекта заявленной выше проблематики. А именно - проблемы политико-информационных воздействий на постсоциалистические страны.


   Выбор подобного объекта исследования обусловлен, в первую очередь, его чрезвычайной актуальностью (события 1997 - 2000 гг. на Балканах и в некоторых странах СНГ), и, во-вторых, теоретической важностью.


   Специфика наиболее эффективного в современных условиях типа специальных операций состоит в:
    Опоре на стратегию непрямых действий (эта стратегия разработана и активно использовалась .еще в древнем Китае Стратагемы. Древняя китайская мудрость. - М. : Белые альвы, 1998.) .
    Использовании т.н. "высоких технологий" воздействия, точнее, формирования массового и индивидуального сознания.


   Последнее во многом определено сущностными характеристиками современного мира. Известный испано-американский политолог М. Кастельс утверждает, что "в мире, буквально пронизаном глобальными потоками богатств, властей и образов, поиск идентичности, коллективной или индивидуальной, приписанной или конструированной, становится фундаментальным источником значений... Идентичность становится главным, а иногда и единым источником смыслов... Люди все чаще организуют свои смыслы не вокруг того, что они делают, а на основе того, кем они есть или своих представлений о том, кем они есть"Кастельс М. Пролог: Сеть и 'Я' // Информационная эпоха. - М. : ГУ ВШЭ, 2000. - С. 27. . Распад традиционных структур, крах привычного мира, все усиливающаяся тенденция к атомизации и массовизации (в смысле Х. Ортеги-и-Гассета) общества вызывает попытки утвердиться через обращение к механизму макроидентичностей, пусть и искусственных. Именно с этим связан небывалый всплеск национализма, усиление фундаменталистских тенденций во многих регионах мира. Несмотря на всю их внешнюю агресивность вышеуказанные фенонмены имеют сугубо оборонительный, точнее - охранительный (в смысле Уварова) характер.


   Процесс идентификации, соотнесения себя с какой-либо общественной группой есть процесс информационный по преимуществу. Посему далее кратко рассмотрим проблемы функционирования системы массовой коммуникации и шире - информационного пространства, представляющие существенное значение для теории специальных операций.


   Г. ШадсонSchudson  M. The Menu of Media Research // Media, Audience and Social Structure / Ed. By Ball-Rokeach S. J., Cantor G.  C. - Newbery Park, 1986, 43 выделяет три основных подхода к исследованию массовой коммуникации:
   1. Неовеберианский анализ рациональности в "производстве культуры", который акцентирует внимание на проблематике организации массмедиа и их конкуренции.
   2. Неомарксистский, который изучает символическую роль сообщений как механизма социального контроля, опираясь на традиции Франкфуртской школы и А. Грамши.
   3. Неодюркгеймианский, сосредоточенный на изучении "публичного восприятия" и формировании массовых идентичностей.


   Наиболее адекватным поставленной проблеме представляется именно неомарксистский подход, с характерным для него акцентом на проблемы функционирования массовой коммуникации как властного механизма.


   В рамках этого подхода важнейшим понятием является идейно-политическая гегемония. Итальянский исследователь А. Грамши, который ввел это понятие, рассматривал гегемонию как систему идейно- политических представлений, доминирующую в массовом сознании и оправдывающую, представляющую в качестве единственно возможного существующий социально-политический порядок (перестройка, как период крушения одного типа гегемонии и замены ее другим, обнажает перед исследователем чрезвычайно яркие образцы функционирования гегемонии, скрытые в другие периоды; как пример - культовый сборник 1988 г. "Иного не дано" - прим. авт.). В то же время, с точки зрения А. Грамши, гегемония - это одновременно и механизм воспроизводства вышеопределенной системы взглядов.


   Правящие социальные слои в системе гегемонии выступают как референтные группы, их поведенческие образцы становятся стереотипами массового сознания. Механизмы функционирования гегемонии в современном массовом обществе чрезвычайно изощрены. Они пронизывают всю социальную ткань, от политической борьбы до коммерческой рекламы. Через формирование общественного, массового сознания к формированию сознания каждой отдельной личности, задание убеждений, ценностей, предпочтений, вкусов, интересов, взглядов и т. д. Именно в процессе воспроизводства гегемонии формируется то, что К. Маркс называл "народными верованиями". Развитая гегемония "цементирует" существующий социальный порядок, делает невозможным его кардинальное изменение. Любая существенная общественная трансформация должна быть подготовлена в идейной сфере; прежде всего должна быть подорвана действующая гегемония, что в массовом обществе возможно лишь через формирование новой.


   Ни одно современное государство не может существовать без стабильной гегемонии. Исторически гегемония кристаллизовалась преимущественно в рамках цивилизационного формирования (Pax Christianica, Исламского мира, "Византийского содружества наций"), позднее базовыми стали рамки национального государства.


   В современном мире постепенно формируется глобальная система идейно-политической гегемонии США. Глобализация в этом аспекте есть процесс утверждения в мировом масштабе структур, ранее присущих национальному государству. В пределе - в мире может сложиться единая глобальная гегемония, где США будут выступать в качестве правящей группы (эмиграция как аналог социальной мобильности, "информационные номады> М. Кастелса как мировая элита - прим. авт.). Важнейшей базой этого процесса является информационная революция. Характерно, что формирование глобальной гегемонии - процесс весьма давний, страны бывшего социалистического лагеря он затронул еще в конце пятидесятых годов.


   Ныне процессы информационной революции и глобализации массовой коммуникации формируют новые условия, в том числе и в постсоциалистических странах. В них постепенно складывается достаточно современная система СМИ, в том числе и электронных. Прозрачность государственных границ для информационных потоков создает принципиально новую ситуацию для функционирования институтов государственной власти. Постсоциалистические страны становятся информационными реципиентами (например, в Украине мощность информационного потока извне в 10-12 раз превышает мощность потока во внешний мир). В СМИ постсоциалистических стран, кроме, возможно, России, доминирует иностранный, преимущественно западный информационный продукт. Фактическая невозможность управлять информационным пространством собственной страны приводит к значительному ограничению государственного суверенитета. Более того - ставит под вопрос возможность дальнейшего существования государства в его классической европейской форме государства-нации, с характерным для него национальным характером гегемонии. Тут необходимо сделать замечание о том, что на самом деле гегемония не есть нечто единое. Любой человек живет в условиях воздействия несколько разнопорядковых геегмоний (огрубляя от семейной до общечеловеческой).


   В контексте вышеизложенного рассмотрим один из возможных подходов к осуществлению специальных операций, направленных на подрыв режимов авторитарного типа. Основным смыслом подобной операции является свержение существующего режима через разыгрывание в основных чертах драмы, поставленной по мотивам истории рождения современного (modernity) общества в позднесредневековой Европе.


   Одними из важнейших теоретических основ для рассматриваемого типа специальных операций являются идеи М.М. Бахтина. Позволим себе длинную цитату. "Эта старая власть и старая правда выступают с претензиями на абсолютность, на вневременную значимость. Поэтому все представители старой правды и старой власти хмуро-серьезны, не умеют и не хотят смеяться (агеласты); выступают они величественно, в своих врагах усматривают врагов вечной истины и потому угрожают им вечной гибелью. Господствующая власть и господствующая правда не видят себя в зеркале времени, поэтому они не видят и своих начал, границ и концов, не видят своего старого и смешного лица, комического характера своих претензий на вечность и неотменность. И представители старой власти и старой правды с самым серьезным видом и в серьезных тонах доигрывают свою роль в то время, как зрители уже давно смеются. Они продолжают говорить серьезным, величественным, устрашающим, грозным тоном царей или глашатаев "вечных истин", не замечая, что время уже сделало этот тон смешным в их устах и превратило старую власть и правду в карнавальное масленичное чучело, в смешное страшилище, которое народ со смехом терзает на площадиБахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. - 2-е изд. - М. : Худож. Лит., 1990. - С. 236 .


   В ней, как в капле воды, отражена суть подобной специальной операции. Ее идея сводится к представлению действующей власти в качестве "смешного страшилища", отсюда всяческое поощрение чрезвычайно жесткой, но бестолковой реакции на выступления, вплоть до ввода войск, однако одновременно -- и панический страх крови.


   Рассматриваемые режимы чаще всего традиционалистски ориентированны, хотя бы и в специфически постсоциалистическом смысле этого слова (выводы из этого буду рассмотрены несколько ниже), что позволяет моделировать вышеуказанную ситуацию. Фактически, целью специальной операции является подрыв национальной системы гегемонии в пользу гегемонии глобальной.


   В современных постсоциалистических странах режимы авторитарного типа характеризуются относительной мягкостью, даже уважением международнопризнаных прав человека, что позволяет задействовать, в основном, легальные формы и методы воздействия.


   Любая специальная операция против независимого государства не может осуществляться без опоры на силы внутри страны. Тем более это справедливо для анализируемой ситуации. Еще в начале XX века французский историк М. Кошен показал роль неформальных, сетевых организаций в процессе подрыва традиционалистски настроенных авторитарных режимовЧудинов А. В. Масоны и Французская революция // Новая и новейшая революция. - 1999. - N 1, С. 45 - 69. . Подобные мысли высказывали и такие разные специалисты, как Ю. Хабермас и Р. Пайпс. "Республика философов" последних десятилетий французского Старого режима - великолепная историческая модель для оппозиции в авторитарных постсоциалистических странах. Единственным, но весьма существенным отличием является внешняя ориентированность демократической оппозиции, фактическое стремление играть роль местных представителей глобальной гегемонии.


   Спонтанно возникающую "философскую республику" невозможно использовать для достижения политических целей, однако она выступает великолепной школой для будущих лидеров. Феномен "внутренней эмиграции", присущий исследуемым странам, позволяет формировать людей, внутренне чуждых основной массе населения. Подобное сознание великолепно характеризует М.М. Бахтин, цитируя Н.А. Добролюбова: "...твердое убеждение в необходимости и возможности полного исхода из настоящего порядка этой жизни..."Бахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. - 2-е изд. - М. : Худож. Лит., 1990. - С. 301 . Организация этих людей, формирование ядра для будущего движения - задача вполне решаемая и глубоко теоретически исследованная за годы "холодной войны". Сеть международных организаций и благотворительных фондов предоставляет великолепные возможности для прямого воздействия и наращивания оргструктур.


   Инструментально специальная операция сводится к организации в столице специфического вида манифестаций, типологически близкого к карнавалу.


   В современного структуре общества наиболее неустойчива, восприимчива к современным методам пропаганды молодежь. Среди последней наиболее мобильно студенчество. Задача специальной операции вывести студентов на улицы, используя возможности оппозиции, в первую очередь организационные. Информационно-пропагандистское обеспечение акции может быть осуществленно из-за рубежа.


   Что представляется весьма интересным, так это то, что для подобной операции совершенно не значимо общественное мнение. Карнавал не должен быть всеобщим, он просто должен быть. Необходимо лишь обеспечить отсутствие активного вмешательства "молчаливого большинства" на стороне власти.


   Столица, охваченная политическим карнавалом,- крайне опасный объект для любого режима. Поэтому власти обычно пытаются взять ситуацию под свой контроль.


   Традиционно для этого используют введение чрезвычайного положения (ввод войск, удары по организационным структурам оппозиции, в том числе превентивные аресты ее наиболее значимых лидеров, ограничение свободы слова и собраний и т. д.). Однако, в реальных условиях эти меры не могут быть осуществлены в полном объеме. А, предпринятые вне комплекса, они принципиально неэффективны, более того,- приводят к разложению основной опоры режима - армии и спецслужб. Никто не хочет выступать на стороне старого, отжившего, быть ретроградом, защитником "смешного", а тем самым самому оказываться смешным.


   Оппозиция действует в рамках карнавала, организовывыается братание солдат и демонстрантов, гвоздики в дулах автоматов, танцы, конкурсы красоты, сожжение чучел. Что не менее важно, власть также играет по этим правилам. Она грозит, но не больше. Кровь - непререкаемое табу для обеих сторон.


   В подобной ситуации власть, чаще всего, постепенно теряет контроль над ситуацией, и опппозиции остается подобрать искомое, "лежащее в грязи". Возможны, однако, еще два варианта развития событий.
   1. Применение режимом жестких мер, вплоть до пролития крови. Если власть достаточно сильна для этого, первая кровь разрушает специальную операцию. Человеческая кровь и карнавал несовместны. Либо то, либо другое. В этом случае достигается тактическая победа, однако стратегически игра постепенно проигрывается. Еще Н. Некрасов писал: "умрешь не даром - дело прочно, когда под ним струится кровь". Пример достаточно успешного применения подобного варианта продемонстрировал А. Лукашенко.
   2. Власть не замечает митинги. Игнорирует выступления оппозиции, участвует в карнавале не в роли страшилища, а в качестве равноправного участника. Наиболее предпочтительная стратегия,- однако, практически невыполнимая. В современных условиях власть должна быть международно признана, санкционирована; фактически, она выступает не как самоценная и самодостаточная структура, а как местный представитель некой высшей инстанции. Что напрямую следует из вышеописанного процесса формирования глобальной системы гегемонии.


   Указанные подходы достаточно успешно обкатаны в конце 80-х в странах бывшего социалистического лагеря (Тбилисские события апреля 1989 г., бархатные революции 1988-1989 гг.), Балканских государствах в 1997-2000 гг.


   По мере накопления опыта в сценарий вносились определенные изменения, технология все более оттачивалась. Суть этих изменений будет более подробно рассмотрена во второй части статьи.



(Нажмите на ссылку, чтоб вернуться к тексту)
1. Даллес А. Искусство разведки. Серия "Секретные миссии". - М. : Междун. отн., 1992
2. Стратагемы. Древняя китайская мудрость. - М. : Белые альвы, 1998.
3. Кастельс М. Пролог: Сеть и 'Я' // Информационная эпоха. - М. : ГУ ВШЭ, 2000. - С. 27.
4. Schudson M. The Menu of Media Research // Media, Audience and Social Structure / Ed. By Ball-Rokeach S. J., Cantor G. C. - Newbery Park, 1986, 43
5. Бахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. - 2-е изд. - М. : Худож. Лит., 1990. - С. 236
6. Чудинов А. В. Масоны и Французская революция // Новая и новейшая революция. - 1999. - N 1, С. 45 - 69.
7. Бахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. - 2-е изд. - М. : Худож. Лит., 1990. - С. 301

(c) K.I.S.S.
webmaster@kiss.kiev.ua

Условия использования наших материалов